В первом послевоенном чемпионате 1945 года спартаковцы, выступая без многих игроков предвоенной поры, заняли лишь десятое место. В начале 1946-го команда получила подкрепление — Николая Дементьева, которому не находилось места в хорошо укомплектованном московском «Динамо», и Сергея Сальникова. Вернулся демобилизовавшийся из армии вратарь Владислав Жмельков. Удачно заиграл в нападении молодой Иван Конов. В чемпионате СССР «Спартак» занял шестое место, но при этом выиграл Кубок страны.
Финальный матч 1946-го заслуживает более подробного рассказа. Именно в те послевоенные годы трибуны стадиона в Петровском парке особенно горячо поддерживали «Спартак». Ведь в Москве тогда располагались десятки военных госпиталей, где долечивались инвалиды войны, тяжело раненные солдаты и офицеры. Все они были искалечены войной, но ведь искалечен войной был и «Спартак» — гордый и сильный чемпион последних мирных лет. Всем этим солдатам Великой войны, хромавшим на костылях, с перебинтованными руками и головами казалось, вот сейчас «Спартак» воспрянет и победой сумеет доказать всем, что силой духа возможно преодолеть любые невзгоды. Но куда там!..
Однако осенью 1946-го жребий пронес «Спартак» мимо Федотова и Боброва, Пономарева и Карцева, мимо ЦДКА, «Динамо» и «Торпедо». Оставались Пайчадзе и его тбилисское «Динамо», сохранившее довоенную силу и блеск игры. С ним-то и встретился «Спартак» 20 октября в финале Кубка СССР. Стадион напоминал военный лагерь... Были заняты все проходы. На каждом месте умещались по двое.
Спартаковцы начали с атак правым флангом, на котором удачно действовал Глазков. И вскоре Конов открыл счет. Но вся игра была еще впереди. Гости демонстрируют великолепную технику и точность передач. Стремительно рвутся к воротам москвичей Пайчадзе, Гогоберидзе, Антадзе... И вот уже ничья, а вскоре и 2:1 в пользу «Динамо». В тот момент казалось, что класс тбилисцев восторжествует и Кубок СССР, за который они так темпераментно сражались еще до войны, уедет к ним. «Спартак», однако, не сдавался. После красивой комбинации Глазков сравнивает счет — 2:2.
Динамовцы идут на штурм. Рвется к воротам молодой Гогоберидзе. Игра все время идет у спартаковских ворот. Но вот одна, другая стремительные контратаки москвичей, и попятились тбилисцы, укрепляют оборону. Остается двадцать минут... десять. Пропустить сейчас гол — значит проиграть Кубок. Обе команды в концовке осторожничают. Ничья. Дополнительное время.
Хромая и поеживаясь от холода, выходят футболисты на третий тайм. Пенальти тогда не били, и если останется ничья — назавтра будет переигровка. А как там все сложится...
И идут вперед усталые Глазков, Тимаков, Рязанцев, Алексей и Василий Соколовы. Атака следует за атакой. Теперь уже «Спартак» зажал гостей у восточных ворот. Мяч мечется по штрафной тбилисцев, защитники плотно держат своих подопечных, и вдруг к самым воротам вырывается никем не опекаемый Олег Тимаков. Вратарь Иоселиани улавливает опасность с опозданием на долю секунды, и светловолосая голова Тимакова резко бьет по мячу — 3:2. Что тут было! Вверх летели костыли и повязки, шинели и пилотки, овации длились без конца. Грузинские футболисты еще пытались организовать контрнаступление, но было уже поздно. И вот капитан спартаковцев Василий Соколов при¬нимает в руки первый послевоенный Кубок СССР.
А через год в финале Кубка СССР 1947 года спартаковцы победили «Торпедо» — 2:0. Снова забил Тимаков, снова в воротах блистал Алексей Леонтьев, снова сильный соперник был смят воодушевлением и темпераментом «Спартака».
Кстати, в чемпионате в тот год «Спартак» стал лишь восьмым, проиграв незадолго до кубкового финала тому же «Торпедо» — 2:6.
Но финал Кубка — это ведь что-то особенное. Вот с тех самых времен и закрепилась за «Спартаком» репутация кубковой команды.