Здесь можно реализовать идеи — и свои, и чужие, ведь «идеи носятся в воздухе», и нужно уловить тенденцию или развить. Ковач впоследствии рассказывал, что ему удалось в «Аяксе» за два года. Итак, шесть задач, решенных в Амстердаме Штефаном Ковачем в его изложении в интервью «Франс футболу» после окончания работы в «Аяксе»:
«1. Создание дружного коллектива, причем таким образом, чтобы не давать повода упрекать меня в компромиссах, когда речь идет о солистах. Тем более что я иностранец, критиковать которого можно и должно.
2. Каждому игроку было разъяснено, в чем заключаются его обязанности и в каких пределах он несет ответственность за выступление команды, причем было уточнено, каков для каждого лимит этой ответственности, чтО является абсолютно обязательным и в чем за ним оставляется свобода действий, право на выражение собственного «я» в рамках коллектива.
3. Удалось повысить гибкость и мобильность средней линии. Мне удалось добиться того, что полузащитники, вкусив прелесть некоторой свободы действий, превратились в полунападающих. Ранее, как утверждают специалисты, такой трансформации не наблюдалось, что отрицательно сказывалось на результативности, которая была принесена в жертву очкам.
4. Я не только превратил Бланкен-бурга в либеро современного образца, то есть игрока, активно участвующего в атакующих действиях, но и включил в эти действия чистого стоппера Хулс-хоффа. Ушедшего вперед подстраховывали Хаан или Неескенс, причем эта операция проводилась автоматически, так как на тренировках она входила в круг стандартных положений и тщательно разрабатывалась и оттачивалась в зависимости от тактического рисунка игры противника и с учетом его возможной реакции на этот ход...
5. Ставлю себе в заслугу то, что мне удалось перебороть создавшийся у игроков «Аякса» рефлекс своей неполноценности (или чрезмерного уважения) перед англичанами, немцами, итальянцами с их коварными западнями...
6. Я пытался добиться от «Аякса» более сознательной игры, научить его владеть своими нервами, но успех в этом начинании имел лишь частичный. Нервы и эмоции у хладнокровных по характеру голландцев в некотором смысле — их самое уязвимое место».
Ковач всегда тщательно изучал соперника, пытался находить слабые места и соответственно их использовать. В другом интервью он рассказывал о финале КЕЧ 1973 года против «Ювентуса», выигранного его командой:
«Обратили ли вы внимание, по какой системе мы играли? Это не 4-4-2, не 4-2-4, это система 1-10! Наша игра приближается к баскетболу или хоккею. Мы атакуем и защищаемся всей командой. Конечно, для этого нужно тактическое разнообразие и высочайшие физические кондиции. А теперь конкретно. В игре с «Ювентусом» при потере мяча мы сразу же переходили к агрессивному перекрытию каждого из соперников, кроме одного — их лучшего нападающего Альтафини. Сила его в скорости и в ударе, а слабость в том, что он должен получать мяч в ноги. Мы могли бы приставить к нему двух человек и всё равно рисковали бы, потому что с мячом он творит чудеса. И мы решили его не держать вообще, а перекрывать его партнеров, могущих дать ему пас. И нам это удалось. Альтафини раз тридцать открывался и занимал удобную позицию, но ни разу не получил мяч...»